оказался в ее попке. Трахал я так ее минут пятнадцать. Кончив в нее, я обессиленный повалился на кровать. Лия подняла голову и посмотрела на меня с обиженным видом. Но я пообещал ей, что она не пожалеет о случившимся и вскоре без анального секса она не сможет получить удовольствия... Так
Я просто сбился со счета, подсчитывая ее оргазмы. Люба просто выжимала из меня все соки. На последнем оргазме я просто уже хрипел, дыша как загнанная лошадь. А Люба просто отключилась, потеряв сознание. Это было безумство, любовь, секс, похоть, чувственность и оргазмы. Жесткий замес.
выбритого лобка и не оставили на нём отпечаток помады. - ВААААУ… - простонал я в нежном наслаждении. – Проглоти его детка. Она принялась делать горловой минет издавая уйму звуков, которые я любил еще с тех пор как порнушку смотрел. Мне казалось что она прямо сейчас коснется им своего
раз дёрнулось на пике оргазма. Мы расслабились, а потом Юля встала с меня и из её ещё возбужденной розовой киски вытекала моя сперма. "- Ты не боишься забеременеть?" С волнением спросил я. "- Глупышка - у меня там спиралька стоит. Не бойся - все под контролем." Она повернулась и пошла
и что-то новое для себя: её влажный палец в своём анальном отверстии. Он проник в него и совершал поступательные движения в том же ритме, что и их тела. Её глаза, полные страсти, смотрящие на него, этот палец прямо у него в заднице, который добавил совершенно новых ощущений, и
из Яниной пещерки, я направил его в шоколадное пятнышко Яны. Встретив сопротивление сфинктера, я с криком: « Ну, ка, расслабься, сучка!» — шлепнул Яну по ягодице. Мой меч проскользнул в ее вторую дырочку, и она застонала от удовольствия, сжав одеяло в руках. Она кончала раз за разом. Тут
ножки и застонала - для нее это была сладкая пытка. Я продолжал вращать большим пальцем, одновременно засаживая средний до основания. Юленька опять развела ножки, еще шире, чем прежде. К моему среднему прибавился указательный палец. Поначалу им было тесновато в тугой дырочке, но спустя несколько
затем и вставил. При каждом толчке Мадлен кричала и стонала от удовольствия. А чтобы не услышала секретарша, Антон Львович закрыл ей рот руками и зашептал: — Тихо, сука, молчи, блядина. Образованный, тихий семейный мужчина сейчас стал диким зверем, ебущим свою, (свою?!), самку. Мадлен
не обращал внимание. Потом я увел ее в ванную, запер дверь и, повернув ее лицом к зеркалу, поднял юбку и спустил телесного цвета тонкие колготки вместе с насквозь промокшими трусиками. Я долго ласкал ее ягодицы, черпая влагу из горячей промежности и размазывая ее по крепким полушариям. В
грудь и вбивал в неё член, а она была на грани. Это было непередаваемое наслаждение, не сравнимое ни с чем. В какой-то момент, он схватил её руками за ягодицы. Задница ещё болела после недавней порки. Смесь боли и наслаждения окончательно сорвала крышу, приблизив неминуемый оргазм. — Ты уже